Россия на прокрустовом ложе ксенофобии

Публикую свою реакцию на статью известной махачкалинской журналистки Светланы Анохиной, в которой она обращаясь к «плачущимся дагам» жалующимся на царящую в стране ксенофобию, замечает что все нормально — «все всех любить не должны» и вообще «сами такие» — в село кого попало не пускали, помнят кто откуда взялся и 150-200 лет спустя, женить любят на своих, рассказывают друг про друга анекдоты, и к тому же практикуют юдофобию, замечает автор.

Действительно, «плачущиеся даги», коль таковые имеются, мне столь же омерзительны, как и оскалившиеся толпы полупьяных ксенофобов. Действительно, все не должны любить всех, да и «насильно мил не будешь». Но возникают следующие возражения и вопросы, ответы на которые имеют для Российского государства судьбоносное значение:

1) Государство, декларирующее себя как «правовое» и «демократическое», причем решительно, не жалея материально-технических средств на преследование (вплоть до уничтожения) лиц, заявленным принципам не соответствующих, не может позволить себе явно занимать чью-то сторону в калейдоскопе фенотипических симпатий/антипатий, устраивая травлю «сограждан-инородцев», потакая ксенофобским погромам и т.п. Однако все это имеет место быть, и оспаривать это — значит лгать заведомо!

2) Нельзя путать региональные особенности и бытовые предпочтения Дагестана, где с культурологической точки зрения проживает один народ, с восходящей над многонациональной Российской федерацией зарей ксенофобского унитаризма! Указанные внутридагестанские анекдоты и предпочтения есть почти в любой стране мира — по крайней мере, Старого света. Однако Россия, помимо огромных просторов, выделяется на общем фоне своей безродностью и отсутствием подлинного регионализма — тут уж «спасибо» главным образом рабовладению в эпоху крепостного права, и наконец, советским экспериментам с массовым перемещением пролетариата. В России регионы не формируют какой-либо повестки и не транслируют на всю страну какого-то своего особенного лица/образа. А те, у кого какая-то затея в голове все же есть, по отдельности стекаются в Москву и уже там фигурируют лишь как частные лица, в случае успеха вполне закономерно становясь «москвичами».

Исключение как раз таки представляет собой Кавказ, который, хоть и не осознанно, но на волне пассионарного подъема все же транслирует некое собирательное лицо и стихийно формирует некую повестку. Разумеется, кому-то не нравится, что лицо это по большей части исламское, или, по крайней мере, мнит себя таковым и помимо «лезгинки» и «поломанных ушей», пытается транслировать соответствующую идеологию.

К тому же кавказцы, как известно, сравнительно редко утрачивают связь с отцовским регионом, народом, селом.
На всем этом собственно и замешана их неудобоваримая кристаллическая решетка, которую каждая следующая ксенофобская компания очевидно и призвана перемолоть раз за разом, сломав, прежде всего, морально.

3) Нельзя мешать рыбу с мёдом, делая кашу из норм традиционного общества Дагестана 16-19 веков, бытовавших на локальном уровне джамаатов, как рудимент, доживая в колхозную эпоху, и основ государственной политики в постиндустриальном социуме огромной многонациональной державы 21-го века.

Напомню: относительная закрытость общины с гражданским статусом в любом традиционном обществе явление повсеместное. Это вовсе не препятствовало проживанию в том же джамаате (селе или городе) лиц иной этно-расовой или, что было существеннее, — религиозной принадлежности (например, иудейские и армянские иноверцы-зиммии в Дагестане), практиковавших традиционную хозяйственную деятельность, однако не имевших в них статуса граждан, подразумевавшего не только большие права, но и обременительные обязанности. Принятие в джамаат нового члена определялось прежде всего социальным или образовательным уровнем претендента, религией, и лишь затем его материальным благосостоянием и процессуально не могло состояться без угощения общества специально зарезанным для того быком.

Где вы видели подобное общественное устройство? Возможно в Древней Греции, в Древнем Риме, но конечно никак не в городах-миллионниках Российской федерации 2000-х.
С образованием территориальных государств больших масштабов и массовой бессословной гражданственностью — понятие гражданства стало надобщинным и общегосударственным. Причем государство взяло на себя обязанности обеспечить равноправие граждан на всей территории страны вне зависимости от их прежней принадлежности к той или иной общине, и уж тем более этносу, большая часть которых в РФ даже не правосубъектны.

При этом гражданство РФ, как известно, получить очень «запросто не просто». Общины же получили исторический приговор — причем фатальный.

Способно ли нынешнее Российское государство обеспечить полное равноправие своих граждан на всей территории страны вне зависимости от их происхождения? Гласный ответ на этот вопрос вынесет исторический приговор Российскому государству — жизнеутверждающий в случаи положительного ответа (конечно при непременной его правдивости), либо тоже фатальный — при ответе отрицательном. Разумеется, образованная часть зачинщиков ксенофобского тренда подспудно это осознает. Осознает, или, по крайней мере, чувствует это и руководство страны. А потому максимально оттягивает ответ на этот судьбоносный вопрос, сознательно смешивая его с коренным образом отличной проблемой трудовых мигрантов — «гастарбайтеров» из зарубежных стран, значительно более многочисленных чем северокавказцы, но не имеющих российского гражданства и соответственно (будь, то православный молдаванин, мусульманин-узбек или язычник-китаец) не являющихся частью российского социума, все члены которого декларативно имеют равные права на формирование повестки политико-идеологического и социо-культурного развития страны.

Именно неспособность или нежелание обеспечить равноправное, комфортное и достойное существование в своей стране для граждан северокавказского происхождения, как носителей соответствующего культурного кода, очевидно не соответствующего коду программируемому Первым каналом и иными инструментами агитпропа, порождает ксенофобскую кампанейщину чудовищных масштабов, которую мы с каждым годом все чаще (уже почти без передыху) можем наблюдать в СМИ или же принимать в ней участие как потерпевшие (как повезет). К примеру «русскому офицеру» Толбоеву не везёт с ними систематически.

4) Наконец кто и где видел юдофобию на Кавказе в открытом виде? К тому же по расовому признаку? На Кавказе эта проблема не актуальна, ввиду того, что по крайней мере за последние 1000 лет они никогда не садились на голову, занимая неотъемлемую, но вполне определенную социально-экономическую нишу в Дагестанском обществе. Нельзя примешивать сюда и антиизраильские настроения практикующих мусульман — представляющие собой политико-идеологическую враждебность к угрозе внешней для мусульман, а не озлобление к согражданам иудейского вероисповедания не имеющим никакого отношения к оккупации Палестины или же не практикующим свою религию лицам еврейской национальности.

 

 

Зураб Гаджиев [islamcivil.ru],

кандидат исторических наук

Оставить комментарий

Проверка *